• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

119049 Москва, ул. Шаболовка, дом 26, корпус 3

Тел./факс: (+7495) 580-89-19, (+7495) 772-95-90 * 26124
E-mail: icef@hse.ru

Дополнительные контакты

 

Руководство

 

директор, кандидат экономических наук — Яковлев Сергей Михайлович

 

заместитель директора по академическим вопросам, руководитель бакалаврской программы, кандидат экономических наук — Замков Олег Олегович

 

заместитель директора по по науке, руководитель магистерской программы, кандидат экономических наук, PhD — Никитин Максим Игоревич

Интервью с выпускником МИЭФ К. Кондрашиным для проекта «Конструктор успеха»

В 2004 году Кирилл Кондрашин окончил бакалавриат МИЭФ. В 2005 году - магистратуру Школы бизнеса Университета Уорик, специализация «Экономика и финансы». Затем работал аналитиком в компании Deloitte, где занимался вопросами корпоративного налогообложения, аналитиком в команде долговых рынков в ING Investment Banking, с 2007 по 2009 год занимал позицию старшего менеджера в команде Capital Markets в Merrill Lynch. До прихода в J.P. Morgan работал в команде Debt Capital Markets в ВТБ Капитале. С 2014 года Кирилл возглавляет направление DCM на российском и украинском рынках в J.P. Morgan.


В инвестбизнесе, помимо профессиональных знаний, нужны совсем неожиданные качества: космическая стрессоустойчивость, склонность к работе без выходных в течение 10 лет. В рубрике «Конструктор успеха» Кирилл Кондрашин, руководитель направления DCM на российском и украинском рынках банка J.P. Morgan, рассказал, о чем часто не подозревают обладатели красных дипломов, зачем думать, как британский HR, и как новичку выжить в дебрях финансовых структур Лондона.

Сложно учиться на двухдипломной программе?

Одно из главных условий — хорошо знать английский язык, потому что обучение ведется на английском. У меня за плечами английская школа, так что с языком проблем не было. В этой программе был опасный момент: если ты не сдаешь лондонские экзамены с первого раза, пересдать их можно только на следующий год. «Хвост» по некоторым из них не позволяет перейти на следующий курс и придется оставаться на второй год. К счастью, у меня все завершилось благополучно.

Вам в принципе учеба давалась легко?

Меня всегда больше интересовала практическая сторона обучения, но теоретическая часть тоже давалась мне достаточно легко — можно сказать, что да, я был способным и, наверное, везучим студентом.

Получив диплом, вы продолжали учебу или сразу начали практиковать?

В лондонской программе есть так называемый first class honours degree, эквивалентный нашему красному, потом есть upper second class, lower second class и так далее. У меня был upper second диплом (по-нашему — «четверочный») — с ним я поехал доучиваться в магистратуру в Warwick Business School в Великобританию, где получил скидку на обучение и частично стипендию. Начав учиться там, я понял, что после учебы хотел бы поработать в Лондоне — начало учебы в сентябре, а с ноября, как правило, подаются заявления на стажировки и работу. К декабрю я получил должность, потом другую, и так остался в Англии.

Почему именно в Лондоне стажируются и стараются получить работу юные финансисты?

Тут несколько факторов. Почему туда едут учиться? Потому что в Лондоне наравне с США очень хорошая система образования, за которым едут студенты из самых разных стран. Но Америка далеко и она дороже. Лондон сейчас является финансовым центром мира, но до 90-х никаким финансовым центром он не был — у большинства банков крупные офисы были в некотором разброде — в Милане, Мадриде, Франкфурте. А в 90-х, когда начали развиваться emerging markets, то офисы стали перемещаться в Лондон исходя из элементарного удобства, так что Лондон по крайней мере взял на себя европейскую нагрузку, постепенно стал доминирующим центром в Европе. Emerging markets — это развивающиеся рынки Латинской Америки, Азии, Африки, России, Восточной Европы, и там крупные офисы создавать неудобно (проще иметь один центральный офис в точке, где также размещаются офисы почти всех крупных компаний). Поэтому многие банки, из европейских стран в том числе, стали перевозить головные офисы в Лондон.

Каков сценарий построения карьеры в банковских дебрях Лондона?

Конечно, во всех хороших институтах есть карьерные центры, которые, правда, помогают больше советами, чем конкретными стажировками. В сентябре крупные компании и банки открывают набор кадров на следующий год, а в ноябре-декабре новички подают заявки на работу или стажировку. В принципе, процесс понятный: начинаешь с заполнения формы на сайте компании, где в письменном виде приводишь неоспоримые доводы — почему должны взять именно тебя, потом проходишь тесты, и если проходишь первый раунд, то тебя приглашают на интервью. Но радоваться рано: интервью также проходит в несколько раундов.

Какое количество ваших запросов получили положительный ответ?

Не так много. Сейчас я понимаю, что уже учась в бакалавриате, студенту нужно тренироваться писать письма работодателю. Нужно писать по-английски и писать так, как думают люди из отдела кадров компании, постараться описать то, что они ожидают получить от тебя. А когда ты только приехал в магистратуру и уже в сентябре начинаешь писать подобные письма, то вынужден заложить время даже на это — на оттачивание понимания мыслительного процесса местных HR'ов.

Мне кажется, или часто финансовые структуры злоупотребляют положением новичков? Ведь всегда есть соблазн придушить их еще не раскрывшееся эго крошечной зарплатой или «грязной» работой.

Нужно понимать, куда ты идешь работать. Пройти через тернии все равно придется, и их никто там специально не подставляет – такова структура индустрии. Если идешь работать в коммерческий банк — это «магазин», а если идешь в инвестбанк — то у тебя 16-часовой рабочий день, и это нормально. Постепенно с ростом карьеры нагрузка уменьшается, но если ты стагнируешь — дело только в тебе самом. Это тяжело, и если ты не выжил в инвестициях на старте, то этот бизнес вообще не для тебя. Часто это новость для обладателей красного диплома и институтских отличников.

Пожалуй, сотрудник инвестиционных структур должен обладать здоровьем космонавта.

Это правда, увы. Но и психологическая подготовка, и даже в большей степени она, важна для новичка. Работа в инвестбанке — для тех, у кого железные нервы и нерушимая вера в себя.

В чем ключевые моменты стрессовых ситуаций? И, кстати, почему 16-часовой рабочий день?

Просто много работы. Когда ты приходишь, надо быть готовым столкнутся со страшными (для новичка) сложностями — нужно делать очень много вещей, которым в институте не учат. Первые три года ты пытаешься понять, нужно ли то, что ты делаешь, сформировать свою картину, что даже у самых умных и быстрых занимает длительное время. Ты погружаешься в логику разных продуктов: почему это работает так, а это так не работает, поэтому приходится работать и в выходные, и тебе очень повезло, если выходит один выходной в неделю. Так — пять лет изо дня в день. Если твоя психика не дала трещину — значит, ты прирожденный сотрудник инвестиционного банка.

У каждого крупного банка должен быть свой реабилитационный центр.

Тогда банки бы превратились в хосписы, но у банков другой подход — тебя никто не держит, если не справился — просто уходи. Я работаю быстро, и поначалу было много новой информации, которую нужно понять. Я справился, но это очень индивидуально.

Сколько лет нужно проработать в таком темпе, чтобы начать отдыхать, или мечтать об отдыхе?

Когда через 10 лет ты оказываешься на уровне директора — нагрузка уменьшается. Это стандартный «лестничный» срок крупного инвестбанка.

Вы упомянули, что на работе учитесь другим вещам, неужто вам не хватило двухдипломного образования?

Это разные вещи. Академические знания важны для общего развития, тебе дали фундамент, а инструменты тебе дают на работе.

Через какие должности и компетенции вам пришлось пройти на этапе роста?

Примерно три с половиной года ты — аналитик, потом столько же associate эксперт, потом три года – вице-президент, потом – директор, и чтобы с вице-президента прыгнуть до директора, тебе нужно быть успешным — если ты работаешь плохо, тебя увольняют, если ты работаешь средне и хорошо, ты растешь и демонстрируешь показатели. Становишься директором, и можешь быть им сколько пожелаешь.

Как оценивают успешность работы — по количеству реализованных проектов?

Зависит от твоего уровня. На первых этапах (лет 6-8) все зависит от отзывов о тебе твоих коллег и руководителей. Потом зависит от того, сколько денег ты принес банку.

Были ли у вас неудачные проекты?

Конечно.

Вы вынесли из ошибок только позитивный опыт?

Ты постоянно учишься. От каждой сделки каждый раз «прилипает» что-то новое. Дальше ты можешь избегать предыдущих ошибок, но все равно каждый раз сталкиваешься с чем-то уникальным, и навсегда отгородиться ширмой успеха попросту невозможно. Грабли — обратная сторона успеха.

Как выживают и чем живут люди внутри компании?

В банковском деле человек человеку волк — это остро мотивированные и высокооплачиваемые сотрудники. Деньги — самый простой мотиватор. Другой мотиватор — любимая работа, он более крепкий. Ты можешь проводить переговоры с главами крупнейших компаний, это интересно, но для этого нужно дойти до высокого уровня — тоже мотиватор. Для инвестбанка должен быть определенный набор качеств: техничность выполнения задач, космическая стрессоустойчивость, отточенное общение с клиентами с целью убедить. Если у тебя есть набор таких характеристик, то ты вырастаешь. Например, в Америке набирают большие команды аналитиков, люди работают два года, потом 90% уходит на МВА, а потом в корпоративные финансы. Зато остаются акулы.

Работа за рубежом как строчка в резюме — большая заслуга?

Ты уже с этой строчкой можешь получить другие хорошие работы, прыгнуть на более высокую позицию. Начать в инвестбанке — совершенно не значит, что ты там будешь всю жизнь.

Расскажите о своей нынешней должности?

Я возглавляю рынки долгового капитала по России и Украине. Наше подразделение организовывает долговое финансирование путем выпуска еврооблигаций (облигаций, размещаемых среди международных инвесторов). Моя команда — номер один в регионе и с большим отрывом. В этом году мы сделали около 30 сделок в России.

Из кого состоит ваша команда?

Мы – часть более крупной команды, покрывающей Центральную и Восточную Европу, Ближний Восток и Африку, в ней работают люди разных национальностей. Работы много, потому что команды в инвестбанках относительно маленькие, это 3-5 человек по отдельным направлениям. Создавать большие команды и уменьшать нагрузку не очень получается, будет слишком большая цепочка, а профессионалов в этой области найти трудно и времязатратно. Если руководители компании привыкли говорить с одним человеком, они и будут с ним говорить, ты не можешь им сказать: «занят, поговорите с другим» — не та скорость работы. У меня в команде, кстати сказать, с начала моего руководства направлением работают два человека из МИЭФ, а за все время моей карьеры я нанял 6-7 выпускников МИЭФ.

Как у вас прошла адаптация к иностранной культуре?

В инвестбанках культура международная, у нас в команде нет ни одного англичанина. Я живу в Лондоне уже 13 лет, и я привык. Первый год, кстати, я работал в аудиторской компании, где совершенно другая атмосфера, почти все англичане — было менее комфортно. Среди разных культур больше понимания — быть может, автоматически вырабатывается какой-то тайный, но всем понятный невербальный язык.

Много ли в Лондоне выпускников Вышки, и поддерживаете ли вы отношения?

МИЭФ раз в год проводит там встречи выпускников — сначала я был активным участником встреч, а с течением лет понял, что уже никого не знаю. У меня жена из МИЭФ, могу сказать, что это некое сообщество с родственными мне взглядами и подходами к работе. Это приятно.

Когда у вас появилось время на хобби, на отдых, чем вы его заполнили? Вы, кажется, занимаетесь боксом.

Да, точнее — кик-боксингом. Езжу заниматься в Тайланд. Еще гоняю на мотоцикле, но сейчас у нас в семье маленький ребенок, так что свободное время посвящаю ему. В Лондоне жизнь более комфортная, чем в Москве: ты живешь в центре города, у тебя может быть свой сад, где после активной рабочей недели можно помедитировать и провести чудесные выходные с семьей.

Каков Лондон для жизни?

Лондон, с моей точки зрения, дороже, чем Москва (и ты платишь большие налоги), но с другой стороны — ты можешь пойти в дешевый ресторан, и еда там будет не хуже, чем в дорогом. В Лондоне не так холодно, можно пойти и посидеть в парке, ты можешь тратить меньше денег, но получить такое же удовольствие — там всегда есть выбор для всех. За это его и любят.

Вы с самого начала карьеры (а может и учебы) понимали, чего вы хотите?

Мне нравились финансы. Но мало кто еще в институте строит планы на будущее — в том смысле, что парадигма будущего подвижна, а студент методом проб и ошибок только нащупывает правильный путь. Я мало тогда осознавал, куда двигаться. И даже посвятив себя инвест-банкингу, все еще был на перепутье — в инвестбанке очень много разных направлений, таких как трейдинг, сейлз, ресерч, деривативы, структурирование и т.д. очень много вещей. И бросаясь с головой в первую работу или стажировку, работая в 3-4 командах, ты понимаешь, что тебе нравится и где у тебя лучше получается реализоваться. Поэтому я считаю стажировки наиважнейшим способом определить свой вектор роста. При этом все же обмолвлюсь, что большая часть профессиональной карьеры — везение. По крайней мере в моем случае.

Соня Шпильберг, специально для портала НИУ ВШЭ
Интервью на портале НИУ ВШЭ >>