Экономический эксперимент
.jpg "Экономический эксперимент")
Зачем моделировать аукцион? Чем отличается экономический эксперимент от психологического? О деятельности и подходах Лаборатории поведенческой экономики и финансов рассказывает ее руководитель — доцент Александр Усвицкий.
— В какой момент вы заинтересовались поведенческой экономикой?
— Интерес к поведенческой экономике и теории игр у меня явно проявился где-то на втором курсе бакалавриата Международного института экономики и финансов (МИЭФ НИУ ВШЭ), который к концу программы перерос в желание выбрать академическую карьеру и получить научную степень. Желание это реализовалось в поступлении на программу PhD в Университет штата Флорида (Florida State University), США. На момент поступления факультет экономики славился своим фокусом именно на поведенческой и экспериментальной экономике — там была своя лаборатория и отдельный исследовательский кластер с дюжиной профессоров и большой группой аспирантов. То есть была большая свобода в выборе тем, соавторов, а также членов диссертационного комитета. Там я успешно сдал экзамены и получил повышенную стипендию на весь период обучения (спасибо МИЭФ!), которая позволила спокойно заниматься исследованиями и ездить на конференции (в том числе мировые, крупнейшие в моей сфере). В частности, мне посчастливилось съездить на школу для аспирантов со всего мира, которую организовывал Вернон Смит — нобелевский лауреат в сфере экспериментальной экономики, которая неразрывно связана с поведенческой экономикой и финансами.
— Ваша лаборатория ведь так и называется — Лаборатория поведенческой экономики и финансов. Какими направлениями исследований занимаются сотрудники лаборатории?
— На данный момент поведенческая экономика уже стала полноценной областью экономики с огромным количеством внутренних направлений и тематик. Соответственно, и исследования сотрудников лаборатории у нас очень разнообразные, в зависимости от их исследовательских интересов. Тем не менее я бы выделил три направления: 1) взаимодействия человека и искусственного интеллекта / больших языковых моделей; 2) поведенческие финансы (например, криптовалютные рынки или финансовое поведение в условиях неопределенности); 3) стратегии поведения в условиях конкуренции и асимметрии информации.
— Занимается ли лаборатория прикладными исследованиями?
— Да, конечно. Мы активно развиваем это направление деятельности лаборатории и выполняем научно-исследовательские работы для аналитических центров, индустриальных заказчиков (в т.ч. банков), государственных и общественных организаций как на региональном уровне, так и на федеральном. Например, для заказчиков мы зачастую разрабатываем дизайны экономических экспериментов, соответствующие их запросам и интересам, собираем данные, анализируем и предоставляем результаты в виде отчетов и обсуждений о внедрении изменений в бизнес-процессы.
— Является ли наличие таких проектов признаком того, что в России растет запрос на поведенческую экономику в целом?
— Несомненно. Спрос растет и на исследования, и на специалистов в сфере поведенческой экономики. Мы, в свою очередь, стараемся максимально привлекать всех интересующихся нашей сферой деятельности — как студентов, так и уже состоявшихся ученых. В частности, у нас идет постоянное пополнение рядов стажеров-исследователей и аспирантов, с которыми мы активно работаем, повышаем их компетенции и включаем в наши проекты.
— Ранее вы упоминали Вернона Смита. Можете коротко объяснить, в чем состоит его заслуга в рамках экономической науки?
— Помимо результатов его отдельных исследований, основная заслуга Вернона Смита в том, что он заложил основу методологии, которую мы сейчас знаем как «экономические эксперименты». Под основой здесь подразумеваются базовые принципы и некоторый «устав» проведения экспериментов. Мне близка довольно часто используемая в этом контексте аналогия с Христофором Колумбом: он не был первым, кто доплыл до Америки, но именно после него Америка появилась на картах и больше с них не пропадала. Вернон Смит тоже не был первым, но именно после его экспериментов данная методология прижилась и началось ее планомерное развитие в отдельную сферу экономической науки — экспериментальную экономику, которая, в свою очередь, идет рука об руку с поведенческой экономикой.
— Что тогда собой представляют экономические эксперименты?
— В некотором базовом виде экономические эксперименты подразумевают набор участников, которые приходят в специально оборудованный компьютерный класс и в течение 60–90 минут играют в некоторую компьютерную симуляцию. При этом существуют два ключевых правила экономических экспериментов. Первое: людей, приходящих на этот эксперимент, нельзя ни в каком виде вводить в заблуждение. То есть нельзя им сказать, что они будут играть с человеком в аудитории, а на самом деле они будут играть с компьютером, или нельзя сказать им, что для них будет выбрано случайное число от 1 до 100, но при этом всем участникам написать, что им выпало именно 89. Такого рода техники используются у психологов, но в экономических экспериментах это запрещено, потому что нам нужно удостовериться, что люди своими реакциями, своим выбором реагируют на инструкции, на ту ситуацию, в которую мы их погружаем. Второе — это то, что участники должны получать мотивацию в виде денежных выплат. Размер выплат при этом должен привязываться к их поведению, в противном случае нам будет сложно утверждать, что их действия будут как-то соотноситься с тем, что они считают лучшим для себя. Таким образом, мы погружаем людей в ситуацию выбора, который в конечном итоге определяет их выплату.
— Можете привести пример эксперимента в лаборатории?
— Стандартным примером экономического эксперимента является аукцион. Все примерно представляют, что это такое. В лабораторном исполнении это работает следующим образом: приходит группа людей, эти участники рассаживаются у компьютеров, все взаимодействия между ними на этом этапе становятся полностью анонимными. Далее каждый участник узнает случайное число, которое указывает на ту сумму, которую он получит в случае победы в аукционе (ценность объекта). После этого предлагается сделать ставку — сумму, которую участник готов заплатить для приобретения объекта. Ставки всех участников сравниваются, и участник с самой большой ставкой выигрывает аукцион. При этом его выплата равна разнице между известной ему ценностью и сделанной ставкой. В данном случае мы надеемся, что люди соизмеряют ставку с той ценностью, которая им выпала, и пытаются действовать в лучших для себя интересах.
Зачем это нужно? Есть многие процессы (например, тендеры), где аукцион является основным механизмом. И в том случае, если государство пытается что-то продать с помощью аукциона, важно сделать это наиболее эффективным образом. В ином случае государство недополучит некоторую сумму, особенно если этих аукционов много или они идут за дорогие объекты. Если же эти аукционы протестировать сначала в лаборатории, то можно увеличить шанс, что будет выбран самый оптимальный дизайн аукциона, приносящий больше всего денег организаторам.
— Получается, что именно этим эксперименты и полезны за рамками фундаментальной науки?
— Да, в том числе. Именно для целей тестирования механизмов и начали использоваться первые экономические эксперименты. В более широком смысле ценностью экономических экспериментов, проведенных в лаборатории или за ее пределами (полевые эксперименты), является уникальная возможность установки причинно-следственных связей и выявления факторов, влияющих на поведение людей. Это, в свою очередь, позволяет разрабатывать рекомендации по изменению реальных бизнес-процессов. Не зря научные работы в нашей сфере публикуются не только в экономических журналах, но и в ведущих журналах по менеджменту. Например, журнал Наука управления (Management Science).
— Спасибо за интервью. Хотели бы что-то добавить?
— И вам спасибо. Приглашаю читателей из числа студентов участвовать в экспериментах Лаборатории поведенческой экономики и финансов (ЛПЭФ), а также приглашаю присоединиться к телеграм-каналу, который ведут мои коллеги.